Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
12:10 

Борис Горовой: «Зенит» стал своим для иностранцев, а для питерского болельщика — чужи

Мгновения счастья
Если вас поразила красотой какая-нибудь женщина, но вы не можете вспомнить, во что она была одета, - значит, она была одета идеально. Коко Шанель
Борис Горовой: «Зенит» стал своим для иностранцев, а для питерского болельщика — чужим


Лимит, плохие поля, старые стадионы, суровые будни низших дивизионов — именно эти темы выходят на первый план, когда заходят разговоры о бедах российского футбола. Экс зенитовец Борис Горовой по завершении карьеры игрока отработал больше трех лет спортивным директором таганрогского «Торпедо», теперь он в этих вопросах — авторитетный эксперт. Впрочем, поговорили мы с Горовым и о его игровом прошлом. Человеку, который выходил на поле вместе с Олегом Кононовым и тренировался под руководством Александра Бубнова всегда есть, о чем рассказать.
За молодых футболистов не хотят платить. И правильно!

— В российском футболе низшие дивизионы традиционно считаются проблемными. Вы знаете об этих проблемах изнутри. Как от них избавляться?
— Последние недели много копий сломано по поводу лимита. На мой взгляд, где лимит нужен точно, так это во втором дивизионе. Только в другой форме — чтобы часть команды состояла из молодых футболистов, не старше 22–23 лет.

— А что это даст?
— Позволит быстрее разобраться с их перспективами. Сейчас там полно 30-летних футболистов. Болтаются из команды в команду, выше этого уровня не поднимаются. А потом заканчивают не приспособленными к жизни. Весомых денежных накоплений нет, образования нет, опыта работы нет. Люди оказываются после завершения карьеры несостоятельными и начинают спиваться. Будет гораздо лучше, если понимание, что большими футболистами они не станут, придет к таким в более молодом возрасте.

— Пойдем дальше.
— Еще один бич второго дивизиона — закон о спорте. В этих реалиях он не работает и лишь тормозит развитие футбола. Сегодня за выпускника футбольной школы клуб второго дивизиона должен заплатить ей деньги.

— Логично.
— А за кого платить-то? В 17–18 лет мальчишки из школы приходят совсем «сырые». Есть большие сомнения, что из них получатся футболисты и что они и дальше захотят посвятить себя футболу. К тому же одного-двух брать смысла не имеет. Если брать — человек 5–7. Я как бывший руководитель клуба понимаю тех, кто платить за них не хочет. Когда есть возможность бесплатно взять не начинающего игрока, а 25-летнего, — зачем при невеликих бюджетах так рисковать? Получается замкнутый круг. Мальчишкам надо играть, но давать им шанс опасаются.

— Какой же выход?
— Я считаю, что эти выплаты надо отменить. Перечислять школам деньги в том случае, если футболист подписал контракт с клубом ФНЛ или премьер-лиги. На месте футбольных школ уж лучше пару-тройку лет подождать, но получить уже не 200 тысяч, которые все равно большой погоды не сделают, а несколько миллионов. И возможно, в будущем процент с последующей продажи. Вспомните Жиркова, Сычева, Кержакова, который пришел в «Зенит» из «Светогорца». Это наглядные примеры, когда игрок уже в 18 лет явно перерос второй дивизион.

Каждый второй тренер в России — недоучка

— А что вы думаете об идее обязать клубы второго дивизиона непременно задействовать в составе местных воспитанников?
— Я против. Вот есть шикарная академия «Краснодара», у которой выпускники априори сильнее, чем в школах в других регионах. И тогда команды второго дивизиона из Краснодарского края изначально получат преимущество. Второй момент — это будет ограничивать использование клубами второго дивизиона воспитанников «Краснодара». Ведь первую команду пополнят единицы, далеко не все попадут даже в ФНЛ. Но для второго-то дивизиона почему не использовать выпускников академии, которую сам Фабио Капелло назвал лучшей в мире?

— Вы с ним согласны?
— Однозначно.

— Чем она лучше зенитовской?
— В первую очередь — условиями. У «Зенита» тоже хорошая академия, но она перестроена из старых корпусов школы «Смена». А Сергей Галицкий строил академию с нуля, вместе с общеобразовательной школой, там все необходимое для обучения, развития и футбольной подготовки детей было предусмотрено изначально. Ну и, конечно, количество занимающихся. У «Краснодара» кроме основной академии есть еще в районе 30 филиалов, всего занимается около 2000 детей. Еще у них перед «Зенитом» объективное преимущество — климатические условия. Там под открытым небом можно заниматься почти круглый год, а у нас так, чтобы с комфортом, шесть, максимум семь месяцев. Это не значит, что качество работы зенитовской академии будет хуже — только время покажет. Но в том, что «Краснодар» начнет выпускать хороших игроков для премьер-лиги, я уверен. Подчеркну еще, что академии клубов премьер-лиги — лишь малая часть детско-юношеского футбола России.

— А как обстоят дела в остальных регионах?
— Печальны там дела. Игроки приходят в профессиональные команды с изъянами в подготовке. Даже по меркам второго дивизиона. По-другому и быть не может, если в большинстве футбольных школ тренерам платят 10–12 тысяч рублей. Ну 15. Кто за эти деньги пойдет работать? Или какой-нибудь дедушка, или несостоявшийся человек. Даже если и толковый специалист придет, будет работу тренера совмещать с другой. А это уже не то.

— Порой возникают споры по поводу квалификации детских тренеров. Одни утверждают, что с ней все в порядке, другие, что знания большин­ства тренеров — нулевые.
— Второй вариант гораздо ближе к реалиям. Огромная проблема — обучение детских тренеров. Формально есть центры, где получают лицензии. Но за тот объем часов чему-то серьезному научиться невозможно. Что такое — ребенок? Это биологическая машина. В 5 лет у него надо развивать одни качества, в 7 — другие, в 10 — третьи начинать. А когда тренеры без понятия об этом, начинается мешанина. Так можно и талант загубить, и здоровье подорвать.

— Сколько в России таких безграмотных тренеров?
— Каждый второй. Академии клубов премьер-лиги я в расчет не беру. Там, конечно, тренеры хорошо образованны, получают новые знания на семинарах, ездят на стажировки в Европу. Но в масштабе России эти академии — мизер. В остальных регионах с инфраструктурой и тренерскими кадрами — просто беда.

Карлики

— Как выглядит инфраструктура в низших дивизионах?
— Расскажу на примере Таганрога, где долго работал. В южном городе нет ни одного нормального натурального поля. Как вам? Решили постелить новое искусственное. Сначала собирались его сделать нормальных размеров — 120 на 80, но сэкономили и положили нелепое покрытие 88 на 48, которое уже гнить начало. На нем даже матчи профессиональных команд нельзя проводить, там глаза на это закрывают.

На три копейки меньше потратили, но развитие футбола в тупике. Дебилизм!

— Кому выгодно экономить?
— В том-то и дело. Председатель местного спорткомитета подчиняется не министру спорта Ростовской области, а мэру. И чтобы лучше в его глазах выглядеть, старается больше экономить. Люди отчитываются не за сделанное для развития по своему прямому профилю — появились ли у них новые футбольные поля и стадионы, как они тренеров поощрили, сколько соревнований провели, нет. На три копейки меньше потратили, но развитие футбола в тупике. Дебилизм! Когда я слышу, что мы большая футбольная страна, то, зная все это, сильно удивляюсь. Мы карлики в футболе!

Почему заиграли молодые Аршавин и Кержаков

— С тренерами в низших дивизионах тоже беда?
— Тренеров-то достойных там хватает. Дело в том, что оценивать их состоятельность надо не поверхностно. У специалистов ведь разные кредо. Одни при наличии средств набирают опытных игроков и решают с ними турнирные задачи. У других результаты команды хуже, но это не значит, что они слабее. Такие специалисты смотрят глубже — для них очень важна перспектива — они растят игроков, пусть даже и в ущерб турнирной задаче.

— Совмещать одно с другим в современном футболе реально?
— Для меня лучшие в этом деле — Валерий Лобановский и Юрий Морозов. Они и результата добивались, и местных футболистов развивали, которые у них играли в стильный узнаваемый футбол. Можно было киевское «Динамо» в любую форму одеть, но черты команды Лобановского бросались в глаза всегда. То же самое касалось и «Зенита» 2000–2002 годов, за который я играл под руководством Юрия Андреевича.

— Как он этого добивался?
— Его кредо, как, уверен, и кредо Лобановского, заключалось в упоре на развитие сильных качеств игрока. За которыми слабые были спрятаны очень далеко, и футболист достигал высочайшего уровня. Вот, например, появился в команде 19-летний Андрей Аршавин. Он не мог выполнять большой объем беговой работы, так Морозов запрещал ему тратить силы на оборонительные действия. Чтобы при атаке Андрей всегда оставался свежим. Кому-то Юрий Андреевич давал задание после отбора не мудрить, а отдать мяч Андрею Кобелеву или тому же Аршавину. Или Саша Кержаков. Его козыри были видны сразу — скорость, напор, сильный удар. Поэтому и задачу тренер перед Кержаковым сформулировал просто: при фланговых атаках влетать в штрафную, когда партнер готов отдать передачу — убегать защитникам за спину. Учитывая, что в работе с мячом Кержаков не столь хорош, Морозов ему запрещал участвовать в розыгрышах. Если по-простому — каждый занимался своим делом, не распыляясь на то, что получается хуже. Как Данни, который забирает мяч у защитников и тащит через все поле. Сейчас вообще многие команды можно в перерыве переодеть, и никто не заметит. Настолько все похожи.

— С Лобановским общаться доводилось?
— Один раз. Когда «Зенит» тренировался на базе киевского «Динамо» в Конча-Заспе. Это было весной 2002-го, за два месяца до смерти Валерия Васильевича. Шли с ребятами — он навстречу. «Как вам база?» — спрашивает. У «Динамо» она тогда во всем СНГ вне конкуренции была. Перекинулись несколькими фразами и пошли. Они, кстати, с Морозовым по вечерам в Киев уезжали — могли куда-то в гости зайти, посидеть, выпить. И ничего — на работе это никогда не сказывалось.

Великий Козьмич и европеец Алейников

— Кстати, ваш уход из «Зенита» получился каким-то будничным.
— Там все было просто — заканчивался контракт, сезон завершался, а у меня два интересных предложения — с Кипра и из Греции. Рассказал об этом Виталию Мутко, он меня успокоил, пообещал, что контракт со мной «Зенит» продлит. Но говорил это Виталий Леонтьевич, видимо еще не зная мнения Властимила Петржелы. О том, что придется уходить, я узнал уже в отпуске.

— Чем запомнились полсезона в «Торпедо-Металлурге»?
— Смутное время. Клуб, который в будущем стал крепкой и стабильной «Москвой», находился только в начале пути — тогда появился новый спонсор, атмосфера вокруг команды непонятная, за несколько месяцев ею руководили три тренера. Один из них — великий Валентин Козьмич Иванов. Поработал я с ним короткий период, но счастлив, что судьба свела с этим выдающимся футболистом и большой личностью.

— Чем Козьмич запомнился?
— Простотой, человечностью. Наслышан, что с предыдущими поколениями футболистов он обращался по-другому — как строгий отец. Как и Морозов, кстати. Но с годами они стали мягче, демократичней. Прозвище Дед у них было неслучайно. Это точно характеризовало их отношение к игрокам. Тот же Иванов мог подойти, поддержать разговор на любую тему, пошутить, внука на тренировку привести. Никогда в его поведении не проскальзывало намека, что он легенда, а мы — простые футболисты на его фоне.

— Каким он был тренером?
— Прагматичным. Если учесть его игровое прошлое, это удивляло. Футболистом-то Валентин Козьмич был креативным, виртуозным. А как тренер ставил на первое место дисциплину, четкое исполнение задания, без вольностей. Импровизации в игре «Торпедо-Металлурга» было мало, но Иванов ее и не требовал.

— До Иванова вас и Сергей Алейников успел потренировать?
— У него не получилось потому, что к российским реалиям он так и не приспособился. Интересный человек, по манере держаться — европеец. Но и подход к работе с командой у него был европейский. Это не срабатывало.

— То есть?
— Сергей Евгеньевич излишне демократичен был. Не доносил жестко свои требования. У тренера все-таки должна быть единая линия, иначе каждый футболист начинает все воспринимать на свое усмотрение. Я потом с Алейниковым и в Белоруссии пересекался, но тренерская карьера у него по большому счету не сложилась. Кстати, когда он еще в «Торпедо-Металлурге» был, мне про него Морозов рассказывал. Он тогда в «Петротресте» работал, я подъехал на их матч в Москве, Юрий Андреевич вспомнил: «Игроком Алейников был очень умным, а вот что за тренер он…»

Несовременный Кучук

— Вы карьеру закончили по нынешним временам рано — в 30 лет. Почему?
— Сделал ошибку. Хорошие предложения были, но я захотел подольше оставаться в футболе и занялся судейством. Чтобы там не опоздать, надо было на него полностью переключаться. Но вспоминаю тот период с отвращением — черный мир.

— В смысле?
— Как сейчас там дела, утверждать не могу, но 10 лет назад картина была для нас типичная. Создавалось впечатление, что люди рождаются со свистком во рту. Вы можете сами посмотреть, кто судит и кто кому кем приходится. Когда смотришь на фамилии получивших в конце сезона повышение, сопоставляешь это с тем, как они работали и какие оценки получали, все становится очевидно. У генералов свои дети. Это, кстати, еще одна большая беда нашего футбола. В нем сейчас крутятся огромные деньги, и урвать свою выгоду пытаются совершенно посторонние для футбола люди. Их девиз: «Футбол для меня», а не наоборот. Тот же Морозов жил футболом, я никогда не слышал, чтобы Юрий Андреевич заговорил о деньгах, об условиях для себя. Хотя уж он-то в этом вопросе имел право быть требовательнее.

— Белорусская часть карьеры свела вас со многими фигурами, которые сегодня на слуху.
— Да. В 1998 году играли в «Торпедо-МАЗ» с Олегом Кононовым. К сожалению, его карьера сложилась не так, как могла. Кононов был футболистом думающим, склонным к зрелищным ходам, изобретательности. Его еще Константин Бесков приглашал в «Спартак».

— В Минске Олег Георгиевич на какой позиции играл?
— Сегодня ее уже нет — либеро. Забивал он, кстати, для защитника прилично, в том числе со «стандартов». За его работой я слежу давно — еще во Львов ездил, где он «Карпаты» вывел в еврокубки. Игра и результаты «Краснодара» — логичное воплощение футбольного кредо Кононова. У него результат должен приходить исключительно через умную, красивую, скоростную игру. А не наоборот. С ним, кстати, дружим по сей день.

— Леонид Кучук — полная противоположность Кононову?
— Я ведь и с Кучуком хорошо знаком. Интересный человек и тренер. Вылепил себя в профессии, когда ему было уже за 40. Кучук постоянно развивается — следит за всеми новинками, многое в мировом футболе подмечает, изучает. Что же до сравнений, то да — футбол у Леонида Станиславовича своеобразный. Заточенный в первую очередь на результат.

— Чего, на ваш взгляд, не хватает Кучуку для более успешной работы с российскими командами?
— Коммуникации. Футбол сегодня — не только игра на поле, но и шоу: общение, публичные беседы о своей профессии. Кучук же приверженец закрытости. Такая манера в современный футбол не вписывается и, допускаю, болельщиков отталкивает от команды. Но что Кучук — я же с Александром Бубновым поработал!

Копия Бескова

— Когда успели?
— Я в 1997 году в мозырском МПКЦ играл. Под руководством Бубнова. Тот тренерский опыт был для него одним из первых.

— С футболистами он вел себя так же, как на футбольных передачах?
— Как ни странно, я особого эпатажа за ним не помню. Иногда мог резко высказать, но оскорблений точно не было.

— Что за тренер Бубнов?
— У него почти все упражнения с мячом были, много «квадратов». Идеализировал футбол Бескова, даже копировал его в работе. А это недопустимо — у любого тренера должна быть своя идея. Бубнов же как тренер собственного стиля не выработал. Думаю, во многом поэтому у него в этой профессии и не получилось.

— А что с результатами было?
— Тоже не очень. Он пришел в команду, которая выиграла чемпионат и Кубок страны. Но лидеры, Максим Ромащенко и Александр Кульчий, уехали в Россию. Бубнов же считал, что, если футболист из Москвы, он однозначно сильнее местных. Так в команде появился сын Евгения Ловчева, но ни он, ни другие приезжие не тянули. В итоге после чемпионства команда боролась за шестое место. Я потому и ушел. А Бубнов, кстати, в следующем сезоне вернулся на поле — в качестве играющего тренера.

Бубнов сказал: «Давыдов старше меня, а еще играет! Чем я, бывший футболист сборной СССР, хуже?»

— Как это объяснил?
— Его привлек пример Анатолия Давыдова. Он тогда за «Зенит» закончил выступления, почти в 44 года. Вот Александр Викторович и сказал: «Давыдов старше меня, а еще играет! Чем я, бывший футболист сборной СССР, хуже?» Но что из этого получилось, я уже не видел. Как раз после первого сезона в команде Бубнова перешел в «Торпедо-МАЗ».

— В быту он чем запомнился?
— Каждое утро начинал с пробежки. Никогда в жизни не пил. Человек-то интересный! Да, у него своеобразное видение, он порой выдает в эфир странные вещи, без всякого анализа. Но если отбросить фонтан эмоций, который сопровождает его выступления, то взять на заметку можно многое. Еще присущие ему оскорбления недопустимы. А в остальном он много интересных вещей говорит.

Чужой «Зенит»

— С нынешним «Зенитом» ваше поколение как-то связано?
— Никак. Отношение к ветеранам со стороны клуба расстраивает. Я был в Лондоне на стадионе «Арсенала». Причем несколько раз. Там ветераны всегда сидят на одних и тех же местах, общаются, из этого и складываются живая история и аура клуба. У нас же — насколько знаю, абонементы дают поколению «Зенита»-84, нам — нет. Ни абонементов, ни даже пропуска на стадион для машины. Мелочь, но именно из них складывается отношение. А ведь победа в Кубке России 1999 года для клуба стала грандиозным достижением. Сегодняшний богатый и успешный «Зенит» закладывался именно тогда. Без той победы и молодых игроков на первых ролях при Юрии Морозове интерес богатого спонсора и сегодняшняя популярность «Зенита» бы не появились.

— В футбольной части чем вам этот «Зенит» не нравится?
— Я политику клуба в отношении игроков не понимаю. Одно дело, если бы они нашли условного Халка в той же Японии, как «Порту». Купили бы его за миллион долларов, а через несколько лет продали за 30 миллионов, например, в «Милан». Тогда бы концепция клуба и была понятна. Приезжает уже сильный, но еще недорогой футболист. И с мотивацией — уехать в европейский топ-клуб. Как те же Видич, Иванович и Шкртел, прыгнувшие потом на более высокий уровень. А Халк приехал в «Зенит», похоже, на главный контракт своей карьеры. Купить за 60 миллионов игрока, который еще до первого удара в Питере по мячу стал стоить 30, — этой политики я не понимаю. Путь в никуда.

— Многие говорят, что с Петербургом «Зенит» ассоциируется все меньше…
— В «Зените» вообще почти ничего питерского не осталось. И дело не только в уходе из команды своих воспитанников. Сегодня «Зенит» воспринимается не как футбольная команда города, а как иностранный коммерческий проект. Я рад, что в качестве игрока застал совсем другие времена. На каждый матч ходила знаменитая болельщица Софья Аранович, могла спуститься к тренерской скамейке, поговорить с любым футболистом и тренером. Ей уже тогда было под 90, а она говорила: «Сколько будет жить “Зенит”, столько буду жить и я». Софья Иосифовна объединяла многие поколения болельщиков, тогда «Зенит» и был ленинградско-питерским. А сегодня он для таких болельщиков — чужой.

— Если вы позвоните, например, Максиму Митрофанову с какой-нибудь просьбой, что услышите в ответ?
— Думаю, он спросит: «А кто вы такой вообще?» Вы поинтересуйтесь у руководителей «Зенита», знают ли они тех, кто выиграл в 1999 году Кубок России. Уверен, что фамилий половины игроков они не слышали никогда.

Личное дело
Борис Горовой

Родился 8 апреля 1974 года в Ленинграде

Воспитанник футбольной школы Таганрога

Амплуа: полузащитник

Игровая карьера: «Торпедо» (Таганрог) — 1991–1995; «Ведрич» (Речица, Белоруссия) — 1992; МПКЦ (Мозырь, Белоруссия) — 1995–1997; «Торпедо» (Минск, Белоруссия) — 1998; «Зенит» (Санкт-Петербург) — 1999–2002; «Торпедо-Металлург» (Москва) — 2003; «Волгарь» (Астрахань) — 2003; «Металлург» (Запорожье, Украина) — 2004

Достижения:

Обладатель Кубка России (1998/99)

Бронзовый призер чемпионата России (2001)

Финалист Кубка Интертото (2000)

Финалист Кубка России (2001/02)

Чемпион Белоруссии (1996)

Обладатель Кубка Белоруссии (1996)

Серебряный призер чемпионата Белоруссии (1995)

Сыграл три матча за сборную Белоруссии

Карьера арбитра: с 1995 по 1999 год обслуживал матчи региональных соревнований и второго дивизиона

Карьера менеджера: генеральный директор футбольного клуба «Торпедо» (Таганрог) — 2011–2014.
Статья размещена здесь www.sportsdaily.ru/articles/boris-gorovoj-zenit...

Даже не знаю, я все равно буду любить стрелку и Дани для меня намного ближе, чем ушедший Кержаков.
На последнем матче, пока дани спускался из своей ложи на него набросились дети начали брать автографы и фотографироваться, наш капитан выдержал это стаически. Путь вниз занял у него минут 5, но зато все желающие были удовлетворены и счастливы.
Каржеков из этой же ложи вылетел как пуля пробежал мимо детей, а особо активных придержали стюарды. Вот она разница для меня.

@темы: Интервью, Мое мнение!, Бывшие игроки

Комментарии
2015-07-22 в 12:21 

=Elin=
Sometimes it's good to be a little bad (c)
Мгновения счастья, согласная с твоим мнением.

читать дальше

2015-07-22 в 12:22 

Мгновения счастья
Если вас поразила красотой какая-нибудь женщина, но вы не можете вспомнить, во что она была одета, - значит, она была одета идеально. Коко Шанель
=Elin=, ААААААААААААА я тебе завидую! ТЫ даже не представляешь как!!!!

2015-07-22 в 12:26 

=Elin=
Sometimes it's good to be a little bad (c)
Мгновения счастья, я сама не верю этой удаче :alles:

2015-07-22 в 12:27 

Мгновения счастья
Если вас поразила красотой какая-нибудь женщина, но вы не можете вспомнить, во что она была одета, - значит, она была одета идеально. Коко Шанель
=Elin=, как? Расскажи я буду участвовать в этом конкурсе!
С тебя подробный отчет :)

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

СБГ

главная